Матвеевых оттащили в кухню. Один из слесарей вновь посмотрел на часы.
— Начало одиннадцатого! Будем ждать!
В это время свадебный кортеж подъехал к дому Насти. В ту же минуту, когда Стрела поднимался с гостями к Насте, в Ростове Хапуга навестил цыганского барона.
— Что за спешка? — недовольно спросил Хапуга, заходя в дом.
Барон показал на сверток, лежавший на столе:
— Доля Мазура, хотел пораньше отдать, чтобы обиды на меня не было.
Хапуга довольно усмехнулся. Он развернул пакет и быстро пересчитал стопки денег.
— Довольно много, Барон!
— Остальное — мое уважение к Мазуру.
— Базара нет! Пахан будет доволен, — Хапуга взял пакет, собираясь выйти, но ему перекрыли дорогу несколько женщин с подносом на котором стояла чарка водки и закуска.
— Обидишь, если откажешься, — сказал Хапуге Барон.
— Ехать надо, Пахан ждет!
Но тут его со всех сторон обступили цыганки.
— Ладно, ладно! — Хапуга положил пакет с деньгами на стол, взял с подноса чарку и со словами: «Твое здоровье, Барон!» выпил, не заметив, как в это же время один из цыган ловко подменил пакет. Хапуга взял хлеб с икрой и отправил в рот.
— Хороша закуска! Ну, всё, давай, Барон! — он взял пакет и вышел.
Стрела глаз не мог оторвать от Насти. Она была прекрасна в белоснежном платье с глубоким декольте.
— Как я тебе? — Настя покружилась перед ним. — А как тебе моя прическа?
Сергей посмотрел на красиво уложенные волосы, увенчанные свадебным венком. Кивнув головой, он подошел к Насте и распустил ей волосы, водрузив сверху венок.
— Сережа, я четыре часа укладывала волосы!
— Так ты еще прекрасней, — тихо сказал Сергей. — Я люблю тебя!
— Я тоже тебя люблю, Сережа! Очень люблю! — она со счастливой улыбкой взяла его под руку.
В тоже время в одной из московских квартир появился человек. Он спросил Касыма — его впустили.
Касым точил длинный нож, когда увидел гостя.
— Узнал? — спросил Касым.
— Только что в больницу к жене поехал.
Касым встал.
— Время!
Махно и Барракуда встретили Стрелу и Настю у подъезда, когда они выходили.
— Где Арбат? — спросил Стрела.
— Только разбежались. Он к Наде поехал, а оттуда — прямиком в церковь, — ответил Махно.
— Ладно, поехали!
Через несколько минут кортеж двинулся, направляясь в церковь.
Без четверти одиннадцать Арбат вошел в палату к Наде.
— Как там наш сыночек поживает? — Арбат положил руку ей на живот и нежно поцеловал.
— Хорошо! — улыбнулась Надя. — А как папочка?
— Папочка счастлив! — Арбат еще раз поцеловал Надю. — Ты извини, Надюша, мне ехать далеко, я и так опаздываю …
— Я все понимаю, милый.
— Ты самая лучшая жена на свете! — Арбат еще раз чмокнул жену, собираясь уйти.
В этот момент открылась дверь, и вошли четверо мужчин. Они наставили пистолеты на Арбата. Арбат мгновенно побледнел, узнав Касыма.
— Касым, это наши дела! Она ни при чем!
Надя с открытыми от ужаса глазами смотрела на них, потом повернулась к Арбату:
— Что происходит?
— Закрой рот, сучка! — прикрикнул негромко Касым. Он медленно подошел к Арбату. — Не забыл еще, как парней моих положил, сука! Там ведь и мой брат был! Ты моего родного брата убил!
— Это наши дела, Касым. Только не при ней, прошу тебя, не при ней!
Касым посмотрел на часы:
— Ровно одиннадцать. Подождем, но сперва получи аванс. — Касым безжалостно воткнул нож в бедро Арбата по самую рукоятку.
Арбат охнул, падая. Надя закричала.
Касым поднял палец:
— Пикнешь еще раз — убью его!
Надя закусила нижнюю губу, слезы струились по щекам. Она с отчаянием смотрела на Арбата.
— Держись, чтобы не случилось, держись! — превозмогая боль сказал Арбат.
В одиннадцать тридцать свадебный кортеж подъехал к церкви. В это же время Хапуга зашел к Мазуру.
— Что хотел Барон? — спросил Мазур.
— Бабки прислал, в два раза больше, чем должен! Извинялся!
Мазур довольно усмехнулся:
— Пришел в себя, скотина! Давай глянем, что он прислал.
Хапуга развернул пакет, и в ту же секунду раздался мощный взрыв.
Ровно без четверти двенадцать Стрела с Настей в окружении огромного количества гостей торжественно вступили под своды церкви. Отец Никанор встретил новобрачных благосклонной улыбкой.
Новобрачные опустились на колени перед алтарем. Отец Никанор начал брачную церемонию.
Касым посмотрел на часы: одиннадцать пятьдесят пять. Пора! Он хищно усмехнулся истекающему кровью Арбату.
— Смотри! — Касым с ножом в руках подошел к Наде.
— Не тронь ее! — закричал Арбат. — Касым, что хочешь для тебя сделаю, только не тронь ее, слышишь, не тронь!
Касым схватил Настю за волосы.
— Боишься смерти, а сучка?
Надя тихо плакала.
— Пожалуйста, у меня ребенок … пожалуйста …
Касым держа её одной рукой за волосы, приложил нож к шее Нади и посмотрел на Арбата.
— Н-нет! — закричал Арбат. — Нет! …
Касым одним движением перерезал ей шею. Из горла Нади вместе с хрипом вырвалась струя крови.
— Нет… — Арбат зарыдал, закрыв лицо руками.
— Смотри, сука, не отворачивайся! — Касым присел перед Арбатом. — Не отворачивайся, не закрывай лицо! — он полоснул ножом по лицу Арбата, затем второй раз, третий …
Касым нанес не менее сорока ударов ножом. Через минуту он вместе с напарниками покинул палату.
… Когда куранты на Красной площади начали отбивать двенадцать часов, в квартире Матвеевых раздался взрыв.
… Отец Никанор протянул молодоженам кольца, на которых старославянскими буквами были выгравированы их имена.
Настя протянула правую руку Сергею. Он надел на палец Насте кольцо со своим именем. Настя взяла кольцо, предназначавшееся Сергею, когда отзвенел двенадцатый удар курантов, и в ту же минуту увидела направленное на Сергея дуло пистолета.
Она улыбалась ему, когда обняла, заслоняя его собой. Раздались выстрелы. Толпа в церкви закричала от ужаса, люди бросились к выходу.
Стрела не слышал, как Махно кричал охране: «Не убивать! Не убивать! Брать живым!» Сергей смотрел, как Настя, цепляясь из последних сил за него, медленно сползла вниз.
— Настя, — тихо произнес Стрела, встав перед ней на колени, — Настя… — он обнял ее и приподнял.
Руки сразу стали липкими. Он посмотрел на них, не понимая, что это кровь. Платье Насти окрасилось в алый цвет.
— Настя! — еле слышно позвал он.
Настя открыла глаза и попыталась улыбнуться. Последним усилием она разжала руку, в которой лежало обручальное кольцо, и он расслышал последние слова Насти: «Жалко! Не успела…!» Она закрыла глаза.
— Настя! — Стрела не мог поверить в случившееся. — Настя! Настя! — из его груди вырвался душераздирающий крик. Он прижал к груди безжизненное тело Насти и впервые в жизни заплакал.
— Как там Стрела? — спросил Барракуда у Махно, вышедшего из церкви. Тот покачал головой.
— Где этот гад?
— За церковью, — ответил Барракуда.
— Пойдем, потолкуем с ним!
— А Стрела?
— За ним пацаны смотрят, — сказал Махно.
К ним подошел один из охраны и сказал, что звонят из больницы. Барракуда пошел к машине. Через минуту он вернулся.
— Слышь, Махно! Случилось что–то там, толком не объяснили. Я съезжу, узнаю, в чем дело.
— Пацанов возьми, — крикнул вдогонку Махно, а сам пошел туда, где лежал связанный киллер. Рядом с ним стояли двое ребят с пистолетами.
Махно вытащил пистолет и направил на колено киллера.
— Кто заказал?
В ответ молчание. Махно выстрелил, киллер закричал. Махно направил пистолет на второе колено.
— Еще раз спрашиваю! Кто заказал?
В ответ молчание. Махно выстрелил.
Киллер морщился от боли, но молчал. Махно вытащил из кармана нож.
— Я тебя, сука, по кусочкам буду резать. Кто заказал? — в ответ молчание. Махно сел на корточки, повернул киллера на бок и начал резать палец.
— Малхаз, Малхаз! — закричал киллер.
Махно встал и выпустил оставшуюся обойму ему в голову.
— Киньте в лесу эту падаль, — приказал он, а сам зашел в церковь.
Стрела по–прежнему прижимал Настю. Махно положил руку ему на плечо.
— Стрела, ничего не исправить!
— Я виноват, — горько выдавил из себя Стрела. — Я! Я ведь знал, что ей опасно рядом со мной. Господи, за что её? За что? Я грешник! За что её? За что?
Махно осторожно отстранил Стрелу от тела Насти. По его знаку тело унесли. Стрела сидел на алтаре, опустив голову, положив измазанные кровью руки на колени. Махно обнял его.
И так он сидел, молча, переживая горе своего друга.
В начале третьего, один из охранников подозвал Махно к телефону. Оставив Стрелу одного, он ушел… Вернувшись, Махно тронул Стрелу за плечо.
